Сергей Твердичев

Программист и чекист как два образа современности

Трагедия в Минске оказалась глубоко символичной.

Погибший айтишник Андрей Зельцер

С одной стороны — программист, семьянин, спортсмен. Об Андрее Зельцере практически сразу все стало известно. И место работы (хорошо известная компания EPAM), и состав семьи (у него 8-летний сын), и увлеченность спортом (судя по аккаунту в Instagram, парень занимался троеборьем, фехтованием, бегал марафоны).

А вот другой участник событий пока остается размытым пятном на видеосъемке, которое заботливой рукой «заблюрил» монтажер. Впрочем, когда изображение становится четче, можно рассмотреть залихватски надетую кепку, клетчатую рубашку, сумку через плечо.

ГосСМИ имя погибшего сотрудника на данный момент не упомянули (только 29 сентября в полдень из неофициальных источников стало известно, что погиб боец «Альфы» КГБ, увлекающийся боксом 31-летний Дмитрий Федосюк, – Прим.). Коллеги ворвавшегося в квартиру называют его Дима и «Нирвана». Погоняло, сказали бы во дворе.

Возможно, уже сегодня «Нирвану» начнут героизировать. Мы узнаем его фамилию, звание, послужной список... Но за минувший год он и его коллеги заполучили устойчивые ассоциации — неизвестные, силовики, балаклавы…

Собирательный образ айтишников совершенно иной – молодые, современные, много зарабатывают своим умом. Они стали теми, на кого принято ориентироваться.

Теперь мертвы оба. Дима-«Нирвана» не гнался за преступником на автомобиле, не спас заложников, не закрыл телом ребенка, был застрелен в чужой квартире после взлома двери. Андрей Зельцер мог бы приносить стране доход, растить детей, бегать марафоны, но сейчас лежит в морге.

И эта трагедия – прямое следствие ставки на насилие как способ решения политических проблем. Вот только проблемы это не решает, а катастрофически усугубляет.

Оцени статью:
1
2
3
4
5
Средний балл - 4.5 (оценок:302)